Перейти к содержимому


Фотография

Энциклопедии о масонстве


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 4

#1 Ami

Ami

    Д.'.Л.'. Астрея №6032 ВВФ

  • SA
  • 2 629 сообщений
  • Городнад гордой Невой

Отправлено 29 Март 2015 - 17:30

Большая Советская Энциклопедия 

 

Масонство (далее М), франкмасонство (от франц. franc-maçon — вольный каменщик), религиозно-этическое движение, возникшее в начале 18 века в Англии и распространившееся затем во Испании, России, Дании, Швеции, Индии, США и других странах. В М под знаком этического учения, провозгласившего "объединение людей на началах братства, любви, равенства и взаимопомощи", идеи буржуазного антиклерикализма переплелись с элементами религиозного мистицизма. Начало движению было положено в Англии (создание "Великой ложи", 1717). В "Книге уставов", составленной в 1723 лондонским проповедником Джеймсом Андерсоном, масону предписывалось не быть "ни глупым атеистом, ни безрелигиозным вольнодумцем", поддерживать гражданские власти, не участвовать в политических движениях. Отрицая церковную догматику и культ, масоны чтут бога как "великого архитектора вселенной" (в духе деизма), допускают (как правило) исповедание любой религии, вводят в свое учение и в ритуал элементы христианства, иудаизма и других религий. Масоны (называющие друг друга "братьями") объединяются в местные организации (ложи); совокупность лож в национальном масштабе составляет Великую ложу во главе с гроссмейстером (великим магистром, великим мастером). Название, организационная формы (ложа), иерархия (ученик, подмастерье, мастер, великий мастер), а также символические знаки (циркуль, молоток, отвес, мастерок, фартук, перчатки) и другие традиции заимствованы М из практики средневековых цеховых объединений (братств) строителей-каменщиков, в особенности высшей их прослойки (архитекторы, скульпторы, художники).

  Первоначально движение носило буржуазный характер, во 2-й половине 18 века в нем участвовали многие просветители. Противопоставляя себя феодальной государственности и официальной церкви, М стремилось создать тайную всемирную организацию с целью мирного объединения человечества в религиозном братском союзе. Постепенно (особенно на континенте Европы) М приобрело более аристократический характер. В нем усилились элементы мистицизма, сменившего рационалистический дух раннего М, стремление связать М со средневековыми рыцарскими и мистическими орденами (тамплиерство, розенкрейцерство и др.). Прежняя относительно простая организация заменялась все более сложной иерархией (в некоторых направлениях М — до 99 степеней), был создан пышный ритуал. Однако социальный состав участников движения, система философских идей М, роль масонов в политической борьбе не отличались единообразием и значительно варьировались как по странам, так и во времени. Его приверженцами были прусские короли — от Фридриха до Фридриха , многие английские короли (Георг , Эдуард , Эдуард ), шведский король Густав , многие президенты США — от Дж. Вашингтона до Г. Трумэна, государственные деятели — Б. Франклин, У. Черчилль, многие философы, писатели (Г. Э. Лессинг, Вольтер, И. Г. Фихте, И. В. Гете, К. М Виланд, И. Г. Гердер и другие), композиторы (В. А. Моцарт, И. Гайдн). А. Вейсхаупт, создавая (в 1776) в Баварии орден иллюминатов, пытался превратить М в тайную организацию просветительского характера. В начале 19 века были попытки приспособить М для конспиративных нужд революционного движения (Италия, Польша). Борьбу против М вели с клерикальных позиций папы, опубликовавшие с 1738 ряд булл, в которых М подвергалось осуждению, а католики-масоны отлучались от церкви.

  В 60-х годах 20 века в мире насчитывалось около 8 млн. членов масонских лож, из них 6 млн. в англо-саксонских странах, главным образом в США и Великобритании (о численности масонов имеются и другие данные).

  Лит.: Gould R. ., The history of free-masonry..., 3 ed., v. 1—4, L., 1951; Serbanesco G., Histoire de la francmaçonnerie universelle, v. 1—4, ., 1963—70; Bibliographie der freimaurerischen Literatur, 2 AufL, Bd 1—4, Hildesheim, 1964.

  Б. Я. Рамм.

 

  Наиболее достоверные данные о первых масонских ложах в России относятся к началу 1730-х годов. В 1730—70-е годы Мвыступало как одна из форм организации независимой от правительства оппозиционной дворянской общественности. Неопределенность масонских идеалов позволила движению распространиться в разных обществ, кругах — от лагеря дворянской реакции (М М Щербатов) до разночинной интеллигенции (В. И. Баженов). Масоны 1770—80-х годов трактовали человеческую натуру как злую, антиобщественную, а человеческое общество — как арену всеобщей вражды, отрицали необходимость социальных реформ и революции. Осуждая существующую действительность как царство зла, масоны противопоставляли ей идеалы гуманистической филантропии. Возникла утопическая концепция мирного перерождения современного несправедливого мира в будущее царство всемирного братства через всеобщее просвещение людей под эгидой тайных руководителей ордена. Двойственный характер идеалов М этих лет создавал, с одной стороны, иллюзорную видимость возможности противопоставления его и революции и реакции, а с другой — открывал двери общественной деятельности в области просвещения и филантропии. Это привлекло к М таких людей, как Н. И. Новиков, который в кружке московских масонов 1780-х годов занимал особое место. В руководство московским кружком входили также И. Г. Шварц, А. М Кутузов, И. В. Лопухин, С. И. Гамалея и другие. В годы, непосредственно предшествовавшие Великой французской революции, росло стремление реализовать масонскую утопию средствами нравственного перерождения людей, разрешить конфликт бедности и богатства путем алхимических опытов. Для определенных групп масонов утопические идеалы отходили на второй план, превращаясь в словесное прикрытие примирения с помещичьей действительностью; другие, группировавшиеся вокруг Новикова, стремились к расширению общественно-просветительной деятельности; третьи (А. А. Петров, Н. М Карамзин) разочаровывались в М и порывали с ним. М подвергалось одновременно гонениям справа (правительств, репрессии, комедии Екатерины ) и острой критике слева (А. Н. Радищев). В 1792 М в России было запрещено. Гонения прекратились при Павле , стремившемся к возрождению различных форм средневековых иерархических организаций. Правительство Александра разрешило деятельность масонских лож, стремясь поставить их под надзор и даже использовать в своих интересах. Однако надежды правительства не оправдались: скоро начали возникать конспиративные ложи "высших степеней", а само Моказалось тесно связанным с декабристами: П. И. Пестель, М Ф. Орлов, Н. И. Тургенев и другие до начала 1820-х годов сохраняли интерес к М По мере разочарования в тактике заговора и перехода к идее военной революции декабристы порывали с М, однако запрещение М правительством в 1822 декабристы встретили с осуждением. В дальнейшем в истории русской мысли М заметной роли не играло, хотя делались неоднократные попытки возродить его.

  Лит.: Пыпин А. Н., Русское масонство. XVIII и первой четверти XIX в., П., 1916; Вернадский Г. В., Русское масонство в царствование Екатерины , П., 1917; М в его прошлом и настоящем, т. 1—3, М, 1914—22; Пиксанов Н. К., Масонская литература, в книге: История русской литературы, т. 4, ч. 2, М — Л., 1947; Базанов В. Г., Вольное общество любителей российской словесности, Петрозаводск, 1949; Плимак Е. Г., Масонская реакция против материализма в России, "Вопросы философии", 1957, № 2; Bakounine Т., Répertoire biographique des francs-maçons russes (XVIII-e et XIX-e siecles), ., 1967; Bourychkine ., Bibliographic sur la franc-maçonnerie en Russie, . — Haye, 1967.

  Ю. М Лотман.



#2 Ami

Ami

    Д.'.Л.'. Астрея №6032 ВВФ

  • SA
  • 2 629 сообщений
  • Городнад гордой Невой

Отправлено 29 Март 2015 - 17:31

 БОЛЬШОЙ ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ 

 МАСОНСТВО (франкмасонство) (от франц . franc macon - вольный каменщик) - религиозно-этическое движение, возникло в нач. 18 в. в Великобритании, распространилось во многих странах, в т. ч. в России. Название, организация (объединение в ложи), традиции заимствованы масонством от средневековых цехов (братств) строителей-каменщиков, отчасти от средневековых рыцарских и мистических орденов. Масоны стремились создать тайную всемирную организацию с утопической целью мирного объединения человечества в религиозном братском союзе. Почитая Бога как великого архитектора Вселенной, масонство допускает исповедание любой религии. Наибольшую роль играло в 18 - нач.19 вв. 



#3 Ami

Ami

    Д.'.Л.'. Астрея №6032 ВВФ

  • SA
  • 2 629 сообщений
  • Городнад гордой Невой

Отправлено 29 Март 2015 - 17:41

Толковый словарь Крысина.

 

 
Масо́ны, ов, едмасо́н, а, м., одуш. [фр. maçon букв. каменщик]. Члены религиозно-этического общества, возникшего в в. в Англии, а затем распространившего сеть своих ячеек (лож) и в остальных странах Европы (в том числе и в России); то же, что франкмасоныМасо́нство — религиозно-этическое течение, сочетающее в себе задачи самоусовершенствования с мистическими и таинственными обрядами, с реакционными взглядами в политике. Масо́нский — относящийся к масонам.


#4 Ami

Ami

    Д.'.Л.'. Астрея №6032 ВВФ

  • SA
  • 2 629 сообщений
  • Городнад гордой Невой

Отправлено 29 Март 2015 - 17:47

Новая философская энциклопедия

 

МАСОНСТВО В РОССИИ (франкмасонство, от франц. franc maçon – вольный каменщик) – религиозно-философское течение, возникшее в Великобритании в нач. 18 в. и вскоре распространившееся в Европе и в Америке. Первые Масонские ложи создавались по принципу старинного вольного каменщичества, имевшего всего три степени (ученик, товарищ, мастер). На этой стадии изучалась и разрабатывалась только нравственная сторона масонства. Позднее появились высшие степени масонства. Здесь общим теоретическим источником его идеологии выступили теософия и герметическая философия. Принципы масонской организации требовали возвыситься над социальными и национальными различиями, преодолеть религиозные предрассудки и «посредством свободного и мирного прогресса достигнуть закрепления вечного и всеобщего права, на основании которого каждый человек призван к свободному и полному развитию всех своих способностей» (Лонгинов М.Н. Новиков и московские мартинисты. М., 1867, с. 60). Этическая неопределенность, многозначность теософии создавали предпосылки для различных толкований основ масонского учения, что порождало различные «системы» масонства, с одной стороны, и поиски истинного масонства, с другой. Образцовыми считались английские ложи из-за простоты их устройства и аполитичности.

В 30-е гг. 18 в. англичанин генерал Яков Кейт, находившийся на русской службе, гроссмейстер английских лож, основал первые ложи в России. Уже в 50-е гг. в Петербургской ложе состояли офицеры основном русских аристократических фамилий, историки кн. М.М.Щербатов и И.Н.Болтин, поэт А.П.Сумароков. В 1760 масонство появилось в Москве. В значительной степени это была дань моде – привлекали масонские обряды, лозунги равенства, братства и взаимной помощи. Для большинства русских масонство означало новую светскую религию, лишенную догматизма и формализма религии официальной. Следует отметить, что масонские ложи в России – первые организационные формы самодеятельности общества. В начале царствования Екатерины II масонство получает распространение. Бытование различных «систем» стимулировало поиски «истинного» масонства, которое высшие круги общества связывали с английской системой, представленной в России И.П. Елагиным. Ее основная идея – преобразование мира путем воспитания отдельной личности – очень скоро не выдержала конкуренции с утверждением представителя немецкой «системы» барона Рейхеля, что истина, или Премудрость, уже открыта, ее надо только найти. Она зашифрована в тайнописи древних или явится в виде Откровения, когда человек достигнет состояния благодати. Отсюда поиски тайного смысла Св. Писания, внимание к древним халдейским, персидским, египетским, иудейским преданиям, патристике и древней философии, теософии, греческим и римским мистериям, оккультным наукам. В 1776 елагинские ложи слились с рейхелевскими. В Москве напряженные масонские искания отличали ложу кн. H.H.Трубецкого, с которым сблизился Н.И.НовиковВскоре он и его единомышленники образовали ложу «Гармония», «истинным» масонством было признано учение ордена розенкрейцеров. В 1786 начались правительственные гонения на московских масонов. Большинство лож прекратили свое существование, хотя русское масонство оставалось вне политики, в рамках религиозно-нравственных устремлений, рисуя утопические проекты будущего общества, основанного на любви, филантропии и моральном совершенствовании каждого. Выход в 1791 книги «Путешествие из Петербурга в Москву» А.Н.Радищева, казнь Людовика XVI и возникшие слухи о готовящемся покушении «мартинистов» на Екатерину II – все это предопределило арест в 1792 московских масонов – Новикова и членов его кружка. В 1796 Павел I освободил масонов из крепости и вернул из ссылок, но официально масонские ложи разрешил открыть пришедший к власти Александр I, по его же приказу они были запрещены в 1822 г. и возродились только в начале 20 в.

Масонство – это сфера эзотерического знания, осложненного специфической символикой и существующего в пределах тайной организации. Можно говорить об этической, теософической (теоретическое богопознание) доктринах масонства и о его практической деятельности (познание природы с использованием алхимии, магии, духовидения, каббалы и т.п.). Религиозно-этическая направленность рус. масонства соответствовала гуманистическим тенденциям общества, явилась реакцией на рационализм и религиозный нигилизм просветительства, на догматизм православной церкви. Ключевая идея масонской доктрины – самосовершенствование личности, основанное на познании Бога и самой себя. В процессе самопознания посвященный, восходя по ступеням покаяния и очищения, достигал состояния созерцания в себе Бога, т.е. становился на путь духовного возрождения. Этическая сторона учения была тесно связана с традициями раннего христианства, с гностицизмом и другими мистическими течениями. Идейными источниками русского масонства, помимо Св. Писания, были труды западноевропейских мистиков и теософов: Фомы Кемпийского, Иоанна Арндта, Иоанна Масона, Ф.Парацельса, Я.Беме, Э.Сведенборга, К.Эккартсгаузена, Л.К.Сен-Мартена. В большинстве это – мистики-пантеисты, признававшие единство природы и Бога и абсолютизировавшие индивидуальные пути богопознания. Русские масоны не восприняли православную аскетическую мистику, следуя в русле западного пантеистического мистицизма. Поэтому поиски сокровенных тайн природы или человека было для них и познанием Бога, ибо они исходили из убеждения, что Бог и «натура» едины. Человек утратил в результате грехопадения свою изначальную богоподобность, но в процессе общения с Богом он обновляется, достигает благодати, к нему возвращаются первоначальные чистота и святость, а главное – для него вновь становится доступным сокровенное знание,слово Божие. Философское содержание масонства разрабатывалось как одно из направлений христианской мистической антропологии. Эта религиозно-мистическая доктрина и составляла искомое «истинное христианство». Подобно всем мистикам, Царство Божие масоны мыслили внутри человека. Церкви официальной противопоставлялась истинная, внутренняя церковь. Поэтому церковь осуждала масонство как ересь, хотя русские масоны считали себя истинно православными. В России гуманистические и реформационные процессы были выражены слабо, но при всех антицерковных настроениях религиозность общественного сознания проявлялась в значительно большей степени, чем на Западе, что и определило специфичность русского масонства. Его акцент на индивидуальное обновление, его высокие этические идеалы играли в развитии самосознания человека немалую роль. По мнению Н.Бердяева, влияние масонства подготовило у нас пробуждение философской мысли в 30-е гг., хотя в самом масонстве оригинальных идей не было».

Литература:

1. Масонство в прошлом и настоящем, тт. 1–2. М., 1914–15; изд. 2, М., 1991;

2. Боголюбов В. Новиков и его время. М., 1916;

3. Вернадский Г.В. Русское масонство в царствование императрицы Екатерины II. Пг., 1917;

4. Пыпин А.Н. Русское масонство 18 и перв. четв. 19 вв. Пг., 1916.

И.Ф.Худушина

 

 



#5 Ami

Ami

    Д.'.Л.'. Астрея №6032 ВВФ

  • SA
  • 2 629 сообщений
  • Городнад гордой Невой

Отправлено 29 Март 2015 - 17:55

Энциклопедия Deja-vu

 

      Масонство - одна из наиболее трудных для постижения форм социального поведения, ставших неотъемлемой частью культуры Просвещения. Тайные общества XVIII столетия были в высшей степени иерархизированными структурами, очень привязанными к своему ритуалу. В то же время их дискурс был наполнен призывами к совершенствованию добродетелей и гражданских качеств личности, к равенству. Ложи провозглашали своей целью духовное развитие «братьев», воспитание людей просвещенных - enlightened, éclairé, verlichte, aufgeklärt . Потребность в этих благородных идеалах возникла в самом начале трансформации цехов каменщиков в масонские общества. В 1717 г. четыре старинные ложи английской столицы объединились в Великую ложу Лондона. Образовалась довольно разветвленная организация, в которую постепенно влились остальные британские ложи, а затем и ряд зарубежных. Кто были эти лондонские масоны и зачем они объединялись? Разве до 1717 г. масонов не существовало?    В течение долгих веков во многих странах Европы каменщики и плотники, пекари и колокольные мастера, хирурги и прочие ремесленники жили под защитой и надзором своих цехов. В Средние века и в начале Нового времени профессиональные корпорации обеспечивали своим членам определенный социальный статус и уровень жизни, контролировали качество технического оборудования и конечного продукта. Мастера, стоявшие во главе цехов, нередко действовали заодно с городскими и местными властями, поддерживая общественный порядок, стабильные цены и заработную плату, а также качество продукции. Средневековье знало великое множество ремесленных цехов, но лишь корпорация каменщиков сумела перейти к новым экономическим условиям, трансформировавшись в нечто совершенно новое - в maçonnerie. В XVII в. города Шотландии и Англии опережали остальную Европу по уровню заработной платы и условиям труда в сфере строительства. Цеховая система рушилась, и корпорация каменщиков постепенно стала допускать в свой круг

людей, находившихся вне их профессии. К этому подталкивала потребность в новых денежных поступлениях (вступительных взносах): финансирование строительных работ требовало дополнительных инвестиций. Таким образом, превращение ремесленного цеха в сообщество нового типа было обусловлено необходимостью. Далеко не все традиционные каменщики нашли себе место в этой обновленной системе.

 В новых сообществах царила атмосфера взаимного доброжелательства, но они привлекали не только этим. Коммерсантам и джентльменам ложи казались очагами культуры. Действительно, старшие мастера-каменщики умели читать и писать, были сведущи в математике и архитектуре, в частности в военной и гражданской фортификации. Мифы, окружавшие ложи, связывали навыки каменщиков в области геометрии с древними знаниями, унаследованными отбога эллинистического Египта - Гермеса Трисмегиста («трижды величайшего»). Однако, по-видимому, не только аура легендарного прошлого притягивала к каменщикам образованных представителей других профессий: ложи были тем местом, где состоятельные предприниматели могли заводить знакомства с полезными людьми, знающими толк в архитектуре или инженерном деле. Среди первых масонов, принятых в ложу «со стороны» в 1650-х годах, был шотландец сэр Роберт Мори - ученый, военный инженер, один из основателей Лондонского королевского общества и активный участник гражданских войн в Англии. Как и оксфордский антиквар Элайас Ашмол, ставший вольным каменщиком примерно в эти же годы, Мори надеялся, что масонство приобщит его к мудрости математиков и механиков древности. Все свои письма он подписывал масонским знаком, подчеркивая верность братству. В последние десятилетия XVII в. его примеру следовали очень многие английские джентльмены.

 

Возможно, нам никогда не удастся выяснить в подробностях, как именно проходил исторический процесс трансформации ремесленного цеха в закрытое сообщество джентльменов. Если в Шотландии еще остались кое-какие документы, то английские масонские архивы этого периода исчезли. Шотландский историк Дэвид Стивенсон считает колыбелью нового масонства свою родину, полагая, что именно в Шотландии цехи каменщиков впервые превратились в своего рода элитные клубы общения. Однако проповедь братства и те организационные принципы, которые были экспортированы из Англии в континентальную Европу и стали общими для всего масонского движения эпохи Просвещения, основывались отнюдь не на шотландских обычаях и не на принятой в Шотландии форме правления. Скорее, следует говорить о том, что масонство опиралось на установления и идеалы,порожденные Английской революцией в ходе борьбы с королевским абсолютизмом. Архивы Лондонского королевского общества сохранили любопытный документ 1659 г. (Register Вооk [с] IX), который недвусмысленно подчеркивает связь масонства с государственной властью. Там говорится, что «это ремесло [...] было основано благородными королями, принцами и другими почтенными людьми», и посвящено семи свободным искусствам, в частности геометрии - науке «отца мудрецов» Гермеса, который «нашел два каменных столпа, где были высечены Знания, наставлял людей и передал эти Знания строителям Вавилонской башни». Изложение «Слов и символов франкмасонов» в этой рукописи вполне адекватно историческому контексту. В нем отразилась революция и зарождение конституционной власти, основанной на системе законов и правил: документ вскользь упоминает о «парламенте» и призывает членов ложи «честно следовать [...] обязанностям, установленным конституцией».
 

        Здесь надо отметить, что согласно «Оксфордскому словарю английского языка» до середины XVII в. слово «конституция» не использовалось для обозначения совокупности правил или норм какого-либо сообщества. Однако в 1650-е годы, после казни Карла I английский парламент принял ряд законов, касавшихся государственного устройства; и почти одновременно в стране стали появляться негосударственные организации со своими собственными «конституциями», впрочем, порой весьма условными. Документ 1659 г. повествовал, в частности, о том, что французские короли пришли к власти путем избрания, и что в библейские времена «король [...] созывал большой совет и парламент, чтобы изыскать средства» помощи безработным. Итак, английские масоны изначально считали себя неразрывно связанными - иногда роковым образом - с судьбой государств и монархов. После демократических революций конца XVIII столетия масоны Европы и Америки пришли к выводу об общности своих интересов. Около 1800 г. в кругах контрреволюционеров родился ложный тезис о масонском заговоре как первопричине Французской революции. С этого времени масонство стало ассоциироваться с тайной подрывной деятельностью. До 1789 г. его связывали не столько с политическим действием, сколько с общественной жизнью и интеллектуальным прогрессом.
 

        Масонские ложи эпохи Просвещения в своей практике (выборность, подчинение меньшинства большинству, традиция заслушивать речи избранных руководителей ложи, объединение всех национальных лож под эгидой Великой ложи, разработка конституций) опирались на идеалы равенства и на признание ценности личных заслуг человека. Это было обусловлено ростом авторитета парламента, усилением городской буржуазии и мелкого сельского дворянства, поверивших в свои силы, а также влиянием республиканской литературы и публицистики, которая родилась в середине XVII столетия в трудах Джона Харрингтона и была развита такими теоретиками, как Алджернон Сидней, Джон Локк и Джон Толанд. Последний - сторонник партии вигов, придерживавшийся в начале XVIII в. республиканских взглядов - был напрямую связан с лондонскими ложами. Таким образом, масонская идея продвижения человека по социальной лестнице в соответствии с его личными заслугами - идея, оправдывавшая эгалитарное братство людей, свободных в выборе своих руководителей - восходила, прежде всего, к английской республиканской традиции. Впрочем, это не мешало ложам быть весьма иерархизированными структурами и искать повсюду покровительства аристократии. В странах европейского континента масоны особенно дорожили тайной, секретной стороной своей деятельности, что вело к учреждению новых степеней, к разработке дополнительных ритуалов и церемоний, а также к появлению имитаций (такой имитацией было откровенно политизированное общество иллюминатов, основанное в Баварии в 1776 г.). В других ложах, например в американском ордене Цинцинната (к которому, возможно, принадлежал Джордж Вашингтон), больше заботились об отличиях, привилегиях и организации банкетов. Что касается иллюминатов, то они открыто провоцировали власти и являлись объектом государственного надзора, хотя число их членов никогда не превышало шести сотен.

 

          Около 1720-х годов численность масонов в Лондоне стала резко расти. Власти остались равнодушными к этому процессу. Более того, многие их представители сами вступали в новые мастерские. А поскольку уже с последнего десятилетия XVII в. ложи пополнялись не столько рабочими-каменщиками, сколько образованными джентльменами, налицо был процесс социальной переориентации. Его символической вехой стало избрание великим магистром знаменитого архитектора сэра Кристофера Рена в 1720 г. Итак, масонство все больше и больше входило в моду. В 1723 г. Великая ложа Лондона опубликовала свои «Конституции». Этот документ сразу же получил широкую известность и был переведен на множество языков. Использование формы множественного числа вместо единственного как бы подсказывало, что «Конституции» представляют собой амальгаму всех уставов объединенных лож. Сам термин был бесспорно английским, ведь во французской традиции того времени словом «конституция» обозначались составные части какого-либо организма или составные части правления: «конституцией» тела называлась совокупность его органов и членов. Лишь очень постепенно в течение XVIII столетия этот термин обретал во французском языке новый смысл, в соответствии с которым «конституция» превращалась в законодательный акт, например в акт конституирования власти на основе общественного договора. Таким образом, Франция в этом отношении существенно отставала от Англии, где уже в первые десятилетия XVIII в. Ложа Великого Востока обрела свою конституцию и установила совершенно мирской и светский распорядок своей жизни.
 

           Одним из самых ранних документов, относящихся к распространению масонства на европейском континенте, являются «Конституции» группы французских гугенотов-либертинов, сложившейся в Гааге в 1710 г. В нее входили издатели, журналисты, публицисты, ученые. Они называли друг друга братьями. Имелся у них и свой великий магистр, и свой секретарь. Сегодня гаагские «Конституции» находятся в архиве Джона Толанда, хранящемся в Британской библиотеке. Среди тех, чьи подписи стоят под этим документом, немало людей из круга секретаря группы Проспера Маршана - французского книгоиздателя и журналиста, укрывшегося в Нидерландах. Архивы Маршана в библиотеке Лейденского университета - ценнейший источник по истории европейского масонства. Толанд вошел в контакт с кружком Маршана во время своих путешествий по Европе. Масонская ложа (или ее имитация) могла казаться особенно привлекательной людям «без корней» (коммерсантам, космополитам), поскольку она декларировала древность своего происхождения, исповедовала демократическую этику, управлялась по самым передовым для того времени принципам и при этом легко подстраивалась под вкусы самых разных людей, распространяя свою заботу на каждого из братьев. Гаагская группа охотно использовала масонскую терминологию, хотя в основном занималась организацией застолий. Тем не менее среди ближайших друзей Маршана числился Жан Руссе де Мисси - еще один изгнанник, ставший впоследствии лидером французских масонов в Амстердаме. Поначалу он был политическим агентом Оранского дома, затем перешел на службу к австрийцам. Человек глубоких политических страстей, Руссе де Мисси ненавидел французский абсолютизм, а в религиозном плане считал себя «пантеистом».
 

          Здесь следует отметить, что теоретически масоны должны были придерживаться «религии своей страны или своей нации, какой бы она ни была». Но «Конституции» 1723 г. изменили это правило: «Отныне признано более уместным требовать, чтобы они [«братья»] исповедовали ту религию, которая подходит каждому из них». Учитывая глубокие конфессиональные противоречия, раздиравшие Великобританию, масонство резко ограничило круг принципиальных религиозных вопросов, по которому мнения братьев должны были совпадать. Таким образом, оно стало полем широкой религиозной свободы, где деизм существовал наравне с пантеизмом и атеизмом. Поэтому не стоит удивляться, что в английских ложах было много вигов и так же много ученых; что в Париже философ и масон Гельвеций объявлял себя материалистом, а в Амстердаме Руссе де Мисси делал выбор в пользу пантеизма (как Толанд), и что Монтескье, который тоже был масоном, скорее всего являлся деистом. Поэтому не удивительно также, что в списках лондонских или амстердамских масонов встречается много еврейских фамилий. А вот в ложах, действовавших в германских землях, евреев не было, ведь немецкие уставы провозглашали: «Только христианин, какой бы секте он ни принадлежал [...], может быть принят в члены ложи» («Масонство: образ в свете правды» - «Freymaurerey: Skizzirt im Lichte der Wahrheit», Frankfurt am Main, 1785.S. 19).

 

       Во Франции некоторые ложи принимали в свои ряды и католиков, и протестантов, и даже актеров. В документах одной парижской ложи упоминался «негр трубач» из королевского полка. За исключением Италии и католических земель Германии, в масонских церемониях редко напрямую использовалась христианская лексика. Тем не менее, когда в 1738 г. католическая церковь осудила вступление католиков в ложи, она особо подчеркивала, что масонство стало новой формой религии, к тому же организованной по республиканскому образцу (имелось в виду частое проведение выборов). Конечно, многиесовременники признавали, что ложи распространяли новый тип религиозности и приучали людей к поведению, которое неизбежно входило в конфликт с традиционной религией и королевской властью. Однако осуждение масонства церковью лишь повысило его притягательность в глазах тех, кто уповал во всем на разум и прогресс. В середине столетия вступление в ложу стало означать не столько приобщение к материализму и атеизму, ассоциировавшимся с именами некоторых философов, сколько увлечение новыми идеями века Просвещения.
 

      Влияние лож распространялось не только на интеллектуальную исоциальную жизнь эпохи. Светским элитам континентальной Европы долгое время не удавалось выработать формы самоуправления, которые лежали бы вне приходских сообществ и коммунальных советов и имели национальный масштаб. Масонство помогло состоятельным людям передовых взглядов освоить искусство самоуправления, к которому они приобщались как в колониях (в качестве подданных своих империй), так и у себя на родине, где они могли влиять на исход дел местного и национального (через великие ложи) масштаба.Масонство распространилось сначала в Батавской республике и во Франции, а потом пошло на восток - вплоть до Праги и Москвы, и на запад - до Филадельфии и острова Гаити. Принадлежность к ложе стала означать политическую зрелость человека, его независимость от церковного авторитета. В Неаполе мастерские объединяли вокруг себя реформаторов и прогрессивно мыслящих людей. А в колониях масонство стало средством культурного единения европейцев, отражавшим (наряду с церковью и научными сообществами) величие их колониальных империй.
 

         Влиться в ряды масонов стремились все: и дипломаты, и государственные чиновники, и представители свободных профессий (адвокаты, врачи, учителя, торговцы). В лютеранской Швеции весь королевский двор, начиная с самого монарха и его министров, вступил в ложу, которая проводила свои собрания прямо в королевском дворце. Вообще в Швеции, Великобритании и американских колониях масоны действовали открыто, что свидетельствует о благожелательном их восприятии общественным мнением. В распространении масонства в Париже и Гааге решающую роль сыграли британские дипломаты. Известно, например, что в 30-е годы парижская полиция часто наведывалась в резиденцию английского посла лорда Уолдгрейва, где проводились собрания ложи. В Берлине масонство расцвело в середине столетия, и Фридрих Великий умело использовал его, чтобы усилить свое влияние. Под сильным влиянием Иосифа II находились в 80-е годы венские ложи, по заказам которых работал Моцарт.

 

       В католической части Европы масонская этика отличалась меньшим новаторством и либерализмом. В Германии к 1770 г. насчитывалось примерно 300 лож, членами которых были многие придворные чиновники и представители высшей администрации (особенно в Мюнхене, Байрёйте, Лейпциге и Веймаре), а также такие выдающиеся мыслители, как Гёте, Виланд, Лессинг, Мориц, Георг Форстер и Фридрих Якоби. Радикальная немецкая секта иллюминатов, основанная одним из наиболее убежденных приверженцев французского материализма - Вейсгауптом, стала известной именно благодаря тому, что сознательно имитировала масонство. Еще большую роль в немецкоммасонстве играло движение розенкрейцеров с их так называемым строгим послушанием. Согласно этой системе, изобретенной бароном фон Гундом, во главе каждой масонской степени или уровня стояло духовное лицо, а сами члены подражали обычаям и ритуалам средневековых рыцарей. Консервативная структура немецких лож была, таким образом, автократической и глубоко иерархичной. В церемониях и в сочинениях немецких масонов часто слышались христианские мотивы и ноты мистицизма. Наиболее показателен в этом отношении «конвент» во главе с герцогом Фердинандом Брауншвейгским (у этого движения нашлись приверженцы в Италии и даже в России). В конечном счете, все «еретические» девиации масонства - как в сторону новаторства, так и в сторону консерватизма - как бы предвосхищали тот политический экстремизм, который распространился в Европе в последнее десятилетие XVIII в. под воздействием Французской революции.
 

       Возникновение лож или их подобий повсюду свидетельствовало об относительном процветании общества, которое неизбежно отражалось в изысканных интерьерах, в элегантных одеждах, в банкетах и празднествах. Несмотря на некоторое пристрастие масонов к коллективным возлияниям, ложи прививали людям представления о благопристойности, формировали их характер, приучали их к дисциплине и хорошим манерам. Лондонские мастерские иногда арендовали театры для совместного просмотра спектаклей, и по свидетельству очевидцев «братья» вели себя гораздо достойнее, чем завзятые театралы. Правило, которое сегодня заставляет зрителей умолкать в театре или на концерте и слушать артистов, прокладывало себе дорогу довольно медленно, и следует признать немалую роль масонства в утверждении представлений о приличиях и сдержанности во второй половине столетия. В целом Просвещение было очень сложным процессом, связанным с развитием идей и новых форм социальной практики - публичных дискуссий, общения, индивидуального чтения, упразднения цензуры. Все они требовали более широкого распространения правил учтивости, соблюдения известной дисциплины и декорума. Ложи участвовали в этом процессе.
 

         Вступительные взносы повсюду в Европе были довольно высоки, хотя и пропорциональны доходам. Рано или поздно (в зависимости от социального состава) каждая ложа обзаводилась собственным юридическим статусом (реrsonа) и вливалась в Великую ложу своей страны. Мастерские отличались друг от друга: одни принимали только лиц благородного происхождения, другие - студентов и медиков, третьи распахивали свои двери перед мелкими торговцами или даже актерами, в то время как большинство лож ни за что недопускало их в свой круг. Отношения между мастерской и «братьями» отчасти были договорными, основанными на уплате взносов, отчасти же они выглядели вполне семейными, конфиденциальными. В 1780-е годы всякий раз, когда французскому Великому Востоку приходилось оказывать помощь нуждавшимся «братьям», вдовам или пожилым женщинам, масоны демонстрировали, что по-прежнему находятся между двумя мирами: один - современный - базировался на договорных началах; второй был по преимуществу феодальным, и главную роль в нем играли привилегии рождения и ранга. Часто случалось, что какой-либо масон обращался с письменной просьбой о материальном вспомоществовании, подчеркивая, что в те времена, когда он был молод и богат, он платил все положенные взносы, устраивал достойные приемы для «братьев» и вообще былпримерным членом своей ложи. Тем самым он доказывал, что имеет полное право на помощь аристократов, стоявших во главе Великого Востока.

          Членство в мастерской с правом участия (управления) могло походить на осуществление гражданских прав и обязанностей. Эта весьма прогрессивная черта масонства с наибольшей яркостью проявилась в Австрии, где после 1750 г. вступление в ложу означало выражение поддержки просвещенным реформам и оппозиции традиционным привилегиям духовенства. Поэтому число масонов быстро росло, особенно среди представителей свободных профессий. Позднее, в1780-е годы, венский Великий Восток пошел на прямое сотрудничество с правительством: ликвидировав «бунтарские» ложи в австрийских Нидерландах, он сохранил там только три мастерские, составил список «благонадежных» масонов, а в июле 1786 г. проинформировал Иосифа II, что «общее управление масонством отныне полностью соответствует императорским эдиктам». Таким образом, масонская организация, раскинувшая свою сеть по всей Европе, предприняла собственную перестройку с целью поддержки стратегии монархического государства. Многие ложи католической Европы не только не демонстрировали оппозицию абсолютизму, но и оказывали ему поддержку.
 

         Тяготение масонства к власти подталкивало его к самоидентификации с государственными институтами. Примером этому могут служить голландские мастерские. В 1756 г. они сформировали национальную Ложу Великого Востока, выбрав для нее организационную форму республиканских Генеральных штатов. Они не только рекомендовали это устройство своим немецким «братьям», которые испытывали некоторые трудности с созданием национальной Великой ложи, но и утверждали, что Генеральные штаты могут служить «высшим трибуналом для всей масонской нации» (Библиотека Великой Ложи, Гаага, Kloss MS 190E 47). Подобно тому как Генеральные штаты наделяли каждую провинцию этой страны широким суверенитетом, децентрализация власти в Великом Востоке гарантировала каждой отдельной ложе высокую степень независимости. Одновременно великий магистр Гааги барон Бутзелар сталсозывать «национальное собрание», в котором должны были систематически принимать участие все голландские масоны. Ритуал этого собрания был строго регламентирован: «братья» выстраивались рядами; первый символизировал законодательный орган голландских провинций - Staten van Holland; за ними следовали «братья», избранные представителями великого магистра; далее - офицеры всех мастерских, остальные «братья» и приглашенные. «Братья»должны были петь хором, символически утверждая единство ложи, а возможно, пусть неосознанно, и всей нации. Как известно, со второй половины XVIII в. рост националистических настроений наблюдался во всей Западной Европе.
 

         Несмотря на это, одной из наиболее характерных черт масонства оставался космополитизм. Мастерские регулярно принимали у себя гостей со всех концов западного мира и из колоний, вели переписку с другими ложами, разбросанными по всему свету. В то же время, по мнению масонов, добродетели должны были процветать и вознаграждаться именно на национальном поле. Просвещение дало толчок реформаторским устремлениям в разных сферах жизни, а обличение просветителями чрезмерных привилегий и коррупции убедило верхи общества в необходимости обновления управленческого аппарата государства. С этой точки зрения масонские ложи (даже ложи «строгого послушания») в большей степени, чем любые иные формы социальных контактов XVIII столетия, служили школами управления, где каждый мог испытать свои способности в политике местного, а потенциально - и национального масштаба. Конечно, находились люди, которые, говоря о необходимости реформ, подразумевали возврат к средневековым порядкам, но таких было немного.
 

       Соперничество масонов с государством за право руководства нацией отразили и документы французских лож. В 1738 г. якобит шевалье де Рамсей произнес в Париже речь, в которой утверждал, что масонство «пытается создать совершенную духовную нацию». Текст этой речи сразу стал знаменитым: его экземпляры обнаружились в Реймсе, Дижоне и Гааге. В 1760-е годы полиция Брюсселя конфисковала в ателье одного еврея-гравера великолепный образчик французской масонской символики, изображавший «герб Франции, освещающийсобой масонские атрибуты» (AG Bruxelles, MS 1105, А 124). В 1770-е годы французские ложи предприняли попытку создания некого центрального органа власти. Он мало напоминал парламенты или интендантские структуры, осуществлявшие властные полномочия на местах. В силу обстоятельств масонам пришлось изобретать особые формы организации управления на национальном уровне. В 1774 г. новая парижская Ложа Великого Востока учредила национальное собрание, в рамках которого должны были собираться представители всей нации, наделенные правом голоса и обязанностью платить взносы Великому Востоку. Несколько лет спустя, в 1779 г. некий оратор в Гренобле поднял важный вопрос: «Возможно ли действовать в интересах общего блага через наши современные институты власти, если форма правления такова, что большинство людей принуждены оставаться на том месте, которое им отведено природой?» (Гренобль, МS Q50). Французская ложа Великого Востока попыталась взять на себя эту роль общественного представительства в Париже: с одной стороны, чтобы быть поближе к властям; с другой - чтобы развеять подозрения, сгущавшиеся вокруг масонства. Помимо представительной ассамблеи, Великий Восток учредил также общественные кассы для помощи нуждающимся «братьям» и «сестрам». Подраставшее в ложах
новое поколение масонов тяготело к политической деятельности и верило в свою способность управлять государством. Это делало их потенциально опасными, хотя большинство из этих людей не были ни бунтарями, ни республиканцами.
 

         Стремление участвовать в управлении государством было присуще и женским ложам, которые начали распространяться на континенте. Первая известная нам смешанная мастерская появилась в Гааге в 1751 г., но наиболее активными и наиболее заметными в Европе стали французские адоптивные ложи, действовавшие в 1770-1780-х годах. Надо заметить, что «Конституции» 1723 г. категорически запрещали принимать женщин в масоны. Этот запрет действовал в Великобритании и в Америке, но контитентальная Европа его нарушала. Адоптивные ложи давали дамам возможность общаться в кругу своих единомышленниц, разделявших просветительские идеалы: молиться на «Великого Архитектора» - бога ньютоновской науки, придумывать ритуалы и произносить речи. Главной фигурой на женских масонских церемониях была «королева амазонок». В окружении «сестер», наделенных военными званиями, «королева» совершала обряды инициации не только женщин, но и мужчин. Катехизисы адоптивных лож призывали женщин признать несправедливость мужчин, сбросить с себя их иго, подчинить отношения в семье своей воле ираспоряжаться собственностью на равных с мужьями. На одной из церемоний «королева» вопрошала «великого патриарха», на каком основании мужчины считают себя хозяевами женщин, а затем требовала, чтобы «сестры» освободились от этого рабства и относились к мужчинам, которые не примут их свободы, как к тиранам. Таким образом, в 1780-е годы французские масонские ложи способствовали прогрессу в отношениях между мужчинами и женщинами. Поэтому неверно думать, что француженки приобщались к Просвещению лишь в своих собственных гостиных или в нескольких парижских салонах.
 

        Масонство конкретизировало такие абстрактные идеалы, как разум, равенство, независимость, хотя они по-прежнему оставались трудно достижимыми. К середине XVIII в. ложи насчитывали около 50 тыс. европейцев и американцев. К 1785 г. среди масонов было около 1500 женщин. Мы не располагаем цифрами, отражающими положение в колониях, но знаем, что ложи там распространялись с той же скоростью, что и различные ветви христианства. Масоны выражали самые возвышенные идеалы эпохи Просвещения, однако не допускали в свои ряды крестьян, рабочих, зачастую - женщин, и плотно закрывали двери своих мастерских перед рабами. Тем не менее ложи в своем стремлении к равенству и достоинству, к независимости, свободе слова и веротерпимости были обращены в будущее, в царство прав человека и эгалитарных идеалов. Уже одного этого было достаточно, чтобы навлечь на них ненависть врагов демократии в XVIII столетии. Мы сталкиваемся с ней и сегодня в молодых государствах Восточной Европы и в России.






Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных